Очень переживала за нашу сборную, хотя заранее знала, что так и будет. Поэтому не расстроилась совершенно. Пусть в этой грязи валяются другие.
Наши ребята – лучшие.
И для меня не важно, что думают другие. Это моё мнение. Имею право.
Всё остальное – как обычно.

ОБОЗНАЧЕНИЕ.

Круглые люди, в квадратном лесу,
на треугольной поляне,
в тонкие нити свивали росу,
чтобы поймать в небесах стрекозу
и улететь в Безымянье.

С тайной мечтою о мире, где нет
форм и названий, и сути,
где лишь подлунный струящийся свет,
где затеряется каждого след
в общелюдском перепутье.

Странные люди мечтали познать
жизни безликой свободу,
но одного не сумели понять:
крылья в росе, стрекозе, не поднять
и не взлететь к небосводу...

Круглые люди остались в лесу
и превратились в квадраты,
и треугольные капли, в грозу,
палкой сбивают они на весу,
смутной тоскою объяты...

Исчезаю из ЖЖ на некоторое время. Пятница. 13-ое.

Б. Н.

Не простила... Она не умеет прощать.
Хладнокровно готовила новое блюдо...
Будто ей не пришлось от бессилья страдать,
Согревая в руках бездыханное чудо...

Не простила... Ущербны любые слова
Перед той, что сама назначает им цену...
Не дописана жизнью, забыта глава,
А актёры уже ломанулись на сцену...

Не простила... Открыла беспечности дверь,
Лёгкой скатертью стол, улыбаясь накрыла...
Лишь в глазах - затаённая кротость потерь...
- Заходи!.. Угощенье, похоже, остыло...

Б. Н.

Первого снега соблазн,
страсть увядающих листьев.
Смысл недосказанных фраз
ветром предчувствия слизан...

Сны оголённых ветвей
лето сгубили и осень
и у Весны алтарей
зиму ей в жертву приносят...

ОЛеНЁНОК.
(посвящение)

Оленёнок!.. Как с тобою?..
Как, скажи мне, без тебя?
Отступаю... Замки строю,
самого себя кляня.

Приглашаю, прогоняю,
властным окриком зову...
Тихо рядом умираю
и в разлуке не живу.

Оленёнок... Ты - на воле -
еле сдерживаю дрожь...
Отвожу глаза, от боли,
если в клетку ты войдёшь...

ВОЗВРАЩЕНИЕ.
(посвящение)

Чёрно-белые картинки,
чёрно-белые слова.
Чёрно-белые слезинки -
тушь нестойкая была.
Чёрно-белое начало,
чёрно-белые мечты,
в чёрно-белом засыпала,
доспалась до черноты...

А когда глаза открыла -
белых лилий аромат...
Ты мои расправил крылья:
С возвращением... Я рад...

ТАНЕЦ.
(посвящение)

Убереги меня от жизни этой
в своих надёжных ласковых руках.
Ты оплатил страдания монетой
мой сольный танец в каменных кругах.

Предупреждал, что душу вынет ветер,
и в тот же миг смешает с грязью град,
а сердце - гнев исхлещет злобной плетью.
Но - раз ступила - нет пути назад.

Танцуй! Пока не кончится дыханье,
и камни в пыль тебя не изотрут...
Танцуй! Пока безмолвны изваянья -
разговорить их - непосильный труд...

Танцуй!.. Когда сознание погасло,
и сумрак мне виденья возвратил,
лишь ты был рядом... поиски напрасны...
Как у тебя любить хватает сил?..

ЖИЗНЬ.

Явлений суть - такая "чепуха",
что легче подытожить, чем постигнуть.
И проще стать "подальше от греха",
чем, погибая, - понимаю! - крикнуть.

СНЫ.

Все чаще ко мне в сны приходил Проверяющий. Он притворялся то контролёром в трамвае, то учителем в школе, то просто подаренной мне вещью. И наблюдал, как я предъявлю документы, отвечу на вопрос или восприму что-то новое в своей жизни. Я редко выдерживала испытания, хотя поняла и осознала это только сейчас.
Ещё раньше он был лифтом. Просто лифтом. А я никак не могла понять, почему это достижение цивилизации никоим образом не хочет выполнять возложенные на него функции. Лифты в моих снах иногда просто стояли, иногда ездили как трамваи по рельсам, иногда кружили по наружным стенам домов. Лифты были разные: похожие на старинный кабинет, на купе поезда, на зал ожидания. Они никогда не двигались ни вниз, ни вверх, как бы я ни старалась. Часто мне приходилось выходить из них и подниматься пешком. Лифт превратился для меня в тупик. Я входила в него с обреченным видом, заранее зная, что он никуда меня не повезет.
С недавнего времени все изменилось. Теперь, если во сне мне я вижу лифт, то знаю, что он поедет и поедет строго вертикально. Хорошо это или плохо – неизвестно. Может быть, я, наконец, постигла то, что пытался внушить мне Проверяющий. А может быть, он устал от моей непонятливости и изменил тактику.
Во всяком случае, теперь мне точно известно: лифт может быть тем, чем ты захочешь. Как и всё в жизни. Это твой мир и ты его Творец. Но нужно ещё учиться и учиться. И становится всё труднее и труднее передавать обычными словами то, что происходит с тобой.
Наверное, это и не нужно передавать…

ЛЮБОВЬ.

Не стала ждать, когда она умрёт -
ещё живою в землю закопала.
(Так много у меня она берёт,
а возвращает - так ничтожно мало!)

Засыпала забвения песком,
травою ожиданий закидала
и ложь - последний, самый горький ком -
как кляп, чтобы не очень уж страдала...

Спи, милая! Изящные цветы
венком твоё украсят изголовье.
Искусственные, так же, как и ты...
Я, кажется, звала её...  Любовью...

ЛЮБОВЬ.

Прикоснуться к тебе самым краешком - от недоверия -
и растаять в руках, раствориться в сознании путаном.
Ты ведь так не узнал, как надменно умею быть верною,
притворяясь шальной и бездумно играя в беспутную...

Все стихи - о тебе. Лёгкой дымкой - другим в упоение.
Перепутанный след, и туман - чтобы больше не встретиться.
Кто из нас опоздал? Кто не смог пережить унижения?..
Ты прости, мой родной... Не стихи это... Так, околесица...

СКАЗКИ.

Не помню, кто это сказал, но, наверное, кто-нибудь непременно сказал. «Если сильно прижать что-либо, то проявится его суть, произойдёт превращение».
Возьмите сказки. Особенно мою любимую – про лягушку.
Когда происходит превращение обычной, казалось бы, лягушки в царевну? В тот момент, когда жизнь, жизненные обстоятельства её «прижимают». Что-то начинает угрожать ей или тому, в чём она решила в данный момент себя проявить. (Испытания, придуманные царём-отцом – лишь прикрыты знакомыми нам обозначениями, но что они представляют на самом деле – отдельная тема разговора.) Именно в этот момент проступает её суть, тщательно скрываемая. Она – царевна. Но – внутри.
Что случается дальше – всем известно: Иван-царевич сжигает лягушачью шкурку. Даже не спросив свою «любовь», хочет ли она этого? Хочет ли она всё время быть царевной? Исполнять чужие пожелания? Творить чудеса для развлечения случайных гостей?
Раздосадованная, царевна-лягушка снова исчезает. Куда? В разных сказках об этом говорится по-разному. Наиболее распространённая версия – к Кощею Бессмертному, который то ли её отец, то ли безнадёжно влюблённый мужчина, но в любом случае – символ вечности.
Он и она бессмертны, как бессмертны мужское и женское начала, лишь довольствующиеся своими временными воплощениями.
Но Иван-царевич, он же Иван-дурак, об этом, конечно, даже не подозревает. И, с животным упрямством, присущим всем смертным, ещё раз находит царевну. Побеждает, как ему кажется, Кощея, и увозит то, что считает «своим», в своё же распрекрасное царство-государство.
«И жили они долго и счастливо…» (Опять же, по каким именно меркам долго? и кто именно из них был счастлив? )

Ну, да! Иначе, как бы продолжался наш род людской? Ведь «пустота всегда стремится к наполнению», даже не подозревая о сути поглощаемого.…
Вот только, почему приносят себя в жертву  всегда царевны-лягушки, а Кощеи делают вид, что погибают?

НЕ МОЁ.  СКАЗОЧНИК.
(совпадение настроений)

Растрепать твои волосы пальцами нежно,
Написать снова имя губами на коже,
И любовью беречь тебя свято и грешно,
Удивляясь - ну как мы с тобою похожи!
Гладить тонкую спину рукой осторожно,
И смотреться в глаза, и тереться носами,
Отдаваться и брать твоё тело безбожно,
Каждой клеточкой чувствуя Божье над нами.
И дышать этой нотой, и слиться дыханьем,
Потерявшись навек между цветом и звуком,
Возведя понимание над обладаньем,
И прошить это намертво сдвоенным стуком.
Расстелить ночь как простынь, и за - облаками
Обнажённое чувство застенчиво прятать,
И искать, как всё выразить это словами,
И опять не найти... и от счастья заплакать...
Ну а если мы оба в плену наважденья?
Я боюсь, что однажды ты сможешь проснуться...
Дай мне, Господи, сил на твоё отреченье.…

Промолчать, и, лишь, горько в ответ улыбнуться...

Сказоч-Ник

СЛОВА.

Бессмертные слова. Мы их крадём
У Вечности. Немытыми руками.
И на мотивчик простенький кладём.
Не в параллель - возвратными кругами.

Мельканием в повторе виражей -
Они давно ослепли и оглохли.
И обрели обличие бомжей -
Гримаса нашей гибельной эпохи.

СКАЗКА ПРО КОШКУ.

А вчера я решила стать кошкой -
Не домашней, а просто бродячей.
И ушла потихоньку в окошко,
Приоткрытое в доме на даче.

По траве осторожно ступала,
Первым снегом морозила лапки,
А Луна мне дорожку топтала
Сквозь неубранных листьев заплатки.

А откуда-то взявшийся ёжик,
Поклонившись, как клоун, манерно,
Пару яблок скатил под порожек.
(Он не знал, что я кошка, наверно.)

А потом где-то ухнула птица,
Пёс соседский тревожно залаял.
И пришлось мне домой возвратиться,
Осторожно, как кошка, ступая...

ПОПУТНОЕ.
(друзьям)

Не будет победителей в игре.
Лишь два истерзанных любовью сердца
На спесью возведённом алтаре -
Им друг от друга никуда не деться,

Не убежать в бессмысленность забот,
Не поменяться с кем-нибудь местами...
Которое из них скорей умрёт?
Возможно, оба... Пусть решают сами...

ЖИЗНЬ.

Раздарена, распродана,
В чьи руки отдана?
Безликими уродами
Исчерпана до дна.
Восторженными лицами
(Отравы нет сильней) -
Наёмными убийцами
Всего живого в ней.
Она в комок сжимается
Беззвучно, чуть дыша,
И болью извивается -
Бессмертная душа...

СКАЗОЧНОЕ.

Словно малые дети,
ни за что не в ответе,
разрушаем чужие города из песка.
Ищем хлебные крошки -
знак обманной дорожки
в захудалое царство Короля-рыбака.

Мы не знаем вопросов,
и холодные росы
обнаружат нас снова средь камней и руин.
А простые ответы
были спрятаны где-то
в той песчинке - под грузом лебединых перин.

ДРУЖБА.

Между нами - "ничего"?
Обними меня по-дружески.
Пусть исчезнет тень того,
Что опять незримо кружится.

Так легко - не видеть глаз.
Лишь дыхание тревожное...
Вот уже в который раз
Мы поверим в невозможное...